Перейти к содержимому

Первобытная пехота

Племя представляет собой общество, ведущее свою историю от единого предка, который мог быть как реально существовавшим человеком, так и мифическим героем или даже богом: обычно члены племени считали всех чужаков опасными и, как правило, вступали с ними в стычки.

Этот образ действий оправдывался соответствующей идеологией: все мужчины племени были охотниками и воинами, обычно они проходили ритуалы инициации, прежде чем их признавали таковыми. Часто положение мужчины в обществе определялось числом убитых им противников. Военное дело рассматривалось как вид охоты, а набег с целью захвата скота, женщин или просто ради желания вступить в схватку был обычным способом ведения войны — примеры захвата, порабощения или целенаправленного истребления соседних племен в это время нам не известны.

Племенная культура и соответствующая ей военная этика просуществовали от классического периода до настоящего времени. Многие черты племенной культуры, как мы увидим, были присущи не только тем, кого называли «варварами». Однако с IX тыс. до н.э. с появлением оседлых сельскохозяйственных поселений военное дело претерпело ряд изменений, поскольку государства со строгой организацией и социальной иерархией создавали регулярные армии, также построенные по иерархическому принципу. Более того, владение постоянными территориями, которые нужно было защищать или захватывать, вызвало необходимость проведения крупномасштабных военных операций, часто завершавшихся генеральными сражениями, в которых проигравшую армию уничтожали, что было лучшим способом закрепить за собой спорные территории. Таким образом, с появлением цивилизации возникла потребность в создании регулярной армии, основу которой составляли отряды тяжелой пехоты.

Шумерский воин, вооруженный копьем с бронзовым наконечником и деревянным щитом, изготовленным из нескольких досок. Ею юлову защищал бронзовый шлем. Найденные я Аендре, эти доспехи вероятнее всего принадлежали микенскому вождю. Шлем был сделан из кабаньих клыков.

Фаланга, группа пехотинцев, выстроенных в строгом порядке, вооруженных пиками или копьями, представляет собой старейшее войсковое соединение. Его название происходит от греческого слова phalanx — «вал», «стена»; сама же фаланга ассоциируется у нас с греческой армией классического периода и армией Александра Македонского. Однако фаланги применяли еще за две тысячи лет до этого в армиях городов - государств Южной Месопотамии, возникших около III тыс. до н.э.

«Стела коршунов», названная так, поскольку на ней изображены тела побежденных, терзаемые стервятниками — обычный мотив того времени, — отмечает победу царя Лагаша Эаннатума, одержанную между 2500 и 2400 гг. до н.э. На ней представлены два вида пехоты, один из которых, несомнен -но, является фалангой. Мы не можем рассмотреть, носили ли воины этой фаланги доспехи, поскольку их тела от плеч до лодыжек скрыты большими продолговатыми щитами. Они, во всяком случае, носили бронзовые шлемы, закрывавшие голову и шею и имевшие выступ для защиты носа, подобно шлемам коринфского стиля, которые спустя две тысячи лет использовали греческие гоплиты. Вооружены они были короткими толстыми копьями, об истинной длине которых мы также не можем судить, поскольку имеем дело со стилизованным изображением, сильно искажающим пропорции. Щиты этой месопотамской фаланги представляли собой сплошную стену с торчащими из-за нее копьями с бронзовыми наконечниками.

На корпусе лиры из Ура, датирующейся примерно этим же временем, изображены воины фаланги в шлемах, сходных с теми, что представлены на «Стеле коршунов». Они облачены в длинные одеяния из кожи, укрепленные бронзовыми заклепками. В руках они держат короткие пики или копья (вероятно, что здесь их также укоротили в соответствии с художественным каноном). Другой вид пехоты, изображенный на стеле, не имеет доспехов. На воинах нет ничего, кроме шлемов, похожих на те, что носили воины фаланги. Они вооружены копьями и топорами со скругленными лезвиями. Это, вероятно, легкая пехота, вспомогательные войска.

Оружие в III тыс. до н.э. изготовлялось в основном из бронзы. Часто оно было плохого качества, что объясняется постоянной нехваткой олова на Среднем Востоке. Многие предметы вооружения, найденные археологами, были сделаны из серебра или золота. Такое оружие происходит из погребений царей или знати, оно было знаком социального статуса погребенного. Все эти вещи были улучшенными вариантами обычного вооружения, которое состояло из копья, топора и кинжала. Копья были предназначены больше для ударов на близком расстоянии, чем для метания.

Наконечники крепились к древку при помощи длинного черенка, иногда изогнутого на конце, чтобы он крепче держался, когда копье вонзают в тело или в щит противника. Лезвия топоров имели скругленные края, чтобы разбивать вдребезги и шлем, и череп. Несмотря на то, что было найдено множество великолепных церемониальных или парадных кинжалов, они использовались только как запасное оружие в самом крайнем случае. Примечательно, что на шумерских изображениях практически отсутствует метательное оружие, нет его и в археологических находках, хотя это еще не повод утверждать, что оно совсем не использовалось. Это кажется странным, поскольку фортификация в то время уже была достаточно развита,

Шумерские войска использовали колесницы, которые, впрочем, не были основной ударной силой. Вероятно, их использовал командный состав, на них могли также передвигаться отборные воины, которые спешивались перед боем, чтобы вступить в поединок с отборными воинами противника. Подобный герой часто превращался в мифическую фигуру, воодушевлявшую последующие поколения.

Ключевую роль в шумерской тактике играла фаланга, изображенная на стеле и на других памятниках. Она, вероятно, образовывала центр линии, а по флангам располагались легкие отряды, вооруженные копьями и топорами. Возможно, что действия шумерской фаланги мало чем отличались от тактики фаланги македонской, о которой мы знаем больше. Она пробивая центр противника, в то время как атака колесниц и отрядов легкой пехоты была направлена на один или на оба его фланга. Вероятно также, что легковооруженные отряды могли формироваться из тех же солдат фаланги, перевооруженных для ведения осады или для операций на пересеченной местности.